Андрей Тесля

       Библиотека портала ХРОНОС: всемирная история в интернете

       РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ

> ПОРТАЛ RUMMUSEUM.RU > БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА > КНИЖНЫЙ КАТАЛОГ Т >


Андрей Тесля

2006 г.

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА


БИБЛИОТЕКА
А: Айзатуллин, Аксаков, Алданов...
Б: Бажанов, Базарный, Базили...
В: Васильев, Введенский, Вернадский...
Г: Гавриил, Галактионова, Ганин, Гапон...
Д: Давыдов, Дан, Данилевский, Дебольский...
Е, Ё: Елизарова, Ермолов, Ермушин...
Ж: Жид, Жуков, Журавель...
З: Зазубрин, Зензинов, Земсков...
И: Иванов, Иванов-Разумник, Иванюк, Ильин...
К: Карамзин, Кара-Мурза, Караулов...
Л: Лев Диакон, Левицкий, Ленин...
М: Мавродин, Майорова, Макаров...
Н: Нагорный Карабах..., Назимова, Несмелов, Нестор...
О: Оболенский, Овсянников, Ортега-и-Гассет, Оруэлл...
П: Павлов, Панова, Пахомкина...
Р: Радек, Рассел, Рассоха...
С: Савельев, Савинков, Сахаров, Север...
Т: Тарасов, Тарнава, Тартаковский, Татищев...
У: Уваров, Усманов, Успенский, Устрялов, Уткин...
Ф: Федоров, Фейхтвангер, Финкер, Флоренский...
Х: Хилльгрубер, Хлобустов, Хрущев...
Ц: Царегородцев, Церетели, Цеткин, Цундел...
Ч: Чемберлен, Чернов, Чижов...
Ш, Щ: Шамбаров, Шаповлов, Швед...
Э: Энгельс...
Ю: Юнгер, Юсупов...
Я: Яковлев, Якуб, Яременко...

Родственные проекты:
ХРОНОС
ФОРУМ
ИЗМЫ
ДО 1917 ГОДА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПОНЯТИЯ И КАТЕГОРИИ
Реклама:

Андрей Тесля

Древний Восток

Учебное пособие по истории государства и права зарубежных стран

(Избранные главы)

ГЛАВА III

ДРЕВНИЙ ЕГИПЕТ

Древнее царство. Складывание египетского государства приходится на вторую половину IV тыс. до н.э. Первые государственные образования возникают вокруг местных культовых центров и охватывают территорию в несколько десятков километров по течению Нила. Эти локальные центры власти (в дальнейшем ставшие административными единицами) получили в исторической литературе греческое название номов. Согласно Манефону, всего сложилось около двадцати номов в Верхнем Египте и примерно такое же – в Нижнем (в районе Дельты).

Дальнейший процесс складывания Египта протекал по пути образования двух крупных государственных образований – царств Верхнего и Нижнего Египта, вступивших в борьбу между собой. Победа досталась легендарному правителю Верхнего Египта - царю Мине (Менесу). Отметим, что существование двух центров государства и составной характер египетской монархии сохранялся практически на протяжении всей ее истории, отражаясь, в частности, и в титуле фараона, а также в двойной короне. Ранней столицей государства был Мемфис, расположенный на границе двух царств, в которых земледельческий юг удачно дополнялся скотоводческим севером.

С самых первых начал истории единого египетского царства его правитель - фараон 1) – имеет совершенно уникальный среди иных известным нам культур Древнего Востока статус. Согласно египетской политической мифологии, первоначальными царями Египта были боги, передавшие власть своим наследникам – фараонам, также являющимися богами. Каждый фараон являлся богом как опосредованно – через длинный ряд его предшественников на престоле, так и непосредственно – царица рождала наследника от явившегося ей верховного бога. В эпоху первых династий фараон считался сыном Гора («живым подобием Гора и Сета») и сам был Гором, в дальнейшем (при изменении иерархии египетского пантеона) фараон также становится и сыном Ра.

Сакральный статус фараона особенно силен в период Древнего царства, когда считалось, что только ему как таковому (в силу его изначального статуса) гарантировано посмертное существование – переход к сонму богов. Царь не умирал, а «заходил в свой вечный горизонт», с чем связаны и некоторые из титулов фараона: «Живущий вечно», «Которому дана жизнь навеки». В силу данного представления высшие чиновники и знать стремились быть похоронены рядом с фараоном и быть в своей посмертной участи удостоены его заботой – лучшим, что им могло быть уготовлено на том свете, было подобие земного существования (в последующем, в конце Древнего царства и в I Переходный период, представления о загробной участи заметно демократизируются, а связь с фараоном сначала заметно ослабевает, а в дальнейшем сводится на нет, когда каждый умерший становится сам по себе Осирисом). Имя царя также было сокрализировано – его нельзя было употреблять всуе, а вместо него использовались различные заместительные или иносказательные выражения («великий дом», т.е. дворец; «фараон», «жизнь ему, здравие и благополучие»), либо же использовались безличные формы выражения.

Божественность фараона отчетливо отражается во всем, что с ним связано. Его дворец является храмом ему, придворный этикет построен по модели религиозного культа. Подобно богам, фараон в отличие от обычных смертных обладает несколькими душами (ка), с его действиями непосредственно связано процветание или беды жителей государства. Сакральный характер власти фараона, как уже было отмечено, наиболее ярко выразился именно в период Древнего царства, особенно в правление III – IV династий, знаменитых своими огромными религиозными сооружениями погребального культа - пирамидами, выросшими из традиционных мастаб. Данные ритуальные сооружения престижного характера, типологически близкие зиккуратам Междуречья, в то же время существенно отличаются от них фиксацией на личности правителя – если масштабность зиккурата, посвященного местному богу, служила выражением силы и политических притязаний отдельных городов-государств Двуречья, то пирамиды были актами утверждения сакрального характера власти конкретных правителей 2).

Уже в самом начале известной нам истории Египта мы находим организованное центральное управление с чиновной знатью. Во главе администрации стоит визирь («джати»), соединяющий в своих руках административную и судебную власть, а позднее – также и полицейскую в отношении столицы. Визирь именовался «начальником всего государства, юга и севера», «созерцающим тайны неба». В сохранившейся надписи, относящейся к одной из первых династий, визир повествует, что в его ведении находился государственный архив, а также шесть судебных палат с коллегией «десяти вельмож юга» (возможно, преемников и/или потомков южных номархов). Статус визиря был весьма высок и, подобно фараону, также причастен божественному – в египетском пантеоне Тот, один из наиболее влиятельных богов, служил визирем при Ра и Осирисе, что явственно демонстрирует значение и статус данной должности. При III – IV династиях, добившихся концентрации власти, визирем как правило назначался один из царевичей или какой-либо иной близкий родственник фараона. По мере ослабления центральной власти, должность визиря стала все чаще попадать в руки представителей знатных фамилий 3).

Вторым важнейшим чиновником был хранитель печати или «казначей царя Нижнего Египта». В его ведении помимо сбора натуральных податей находились также и царские имущества. Также в сфере гражданского управления важное место занимала должность «начальника работ», ответственного за организацию общественных работ, отправляемых в качестве государственных повинностей.
Провинциальное управление в Египте Древнего царства лежало на номархах, имевших также судебную власть и полномочия по сбору податей. Они не были тесно связаны со своими наместничествами и могли переводиться с места на место – таким образом, они были высшим чиновничеством, пришедшим на смену ранним династиям номархов. В городах также упоминаются многочисленные чиновники – судьи, писцы, начальники разного рода. Несмотря на обилие чиновничьего аппарата, функции между ними не были строго разделены.

Первоначально между чиновничеством и жречеством существовало слабое различие – жрецы получали гражданские должности, а гражданские должностные лица отправляли жреческие функции. Так, например, судьи приносили жертвы богине Маат (богине справедливости/правосудия). В дальнейшем жречество все более приобретает кастовый характер, а фараоны (особенно начиная со Среднего царства) черпают чиновничьи кадры из незнатных, тем самым повышая зависимость от себя государственного аппарата, существующего преимущественно за счет милостей фараона.

Постепенно все большую силу приобретает провинциальная аристократия. Получив земельные владения, по всей вероятности, через чиновничью службу, она их преумножает и с течением времени становится сравнительно независимой от царской власти. Все реже знатные сопровождают царя во всех его передвижениях. Напротив, больший вес получают региональные центры, что отражается и на переменах в похоронном культе – если ранее знать стремилась быть похороненной рядом с царем, дающим ей возможность удостоится посмертных благ, то уже при V династии знатные начинают захораниваться в местных некрополях: «там, где жили их отцы, создавшие их плоть, благородные первых дней» 4). Набирает силу и процесс накопления должностей и чинов в одних руках. Усиление местных центров в ущерб центральной власти сказалось и на общей администрации – вероятно, для того, чтобы лучше контролировать южные территории, была введена отдельная должность «начальника юга» по аналогии с таковой же на севере. В правлении VI династии распад Египта усиливается и к моменту пресечения этой династии царство распадается на ряд автономных областей, иногда (например, при Хети I, основателе IX, «гераклеопольской» династии) объединяемых в одних руках.

Социальная структура Древнего царства представляет собой значительный интерес по сравнению с иными древневосточными обществами. Если при обращении к истории государств Междуречья или Древней Индии, мы сталкиваемся с древними земледельческими общинами, над которыми надстраивается структура государственного аппарата, то в случае с Древним Египтом мы не имеем никаких указаний на земледельческие общины. Л.С. Васильев полагает, что подобная «немота» источников связана с тем, «что в тем времена, которые описаны в текстах, общины уже не было, как не существовало и независимых от власти и неподконтрольных ей полноправных общинников… Похоже на то, что древнеегипетская община в силу каких-то весомых причин (одной из которых следует считать сам характер хозяйства в узкой полосе вдоль Нила с постоянной зависимостью от его разливов и необходимостью коллективного и руководимого из центра труда по преодолению последствий этих разливов) оказалась практически целиком поглощенной властью, инкорпорированной в систему царско-храмовых и вельможных хозяйств» 5). Египетское государство в своем наиболее централизованном виде предстает именно в период Древнего царства, когда оно охватывает все основные сферы социальной жизни и оказывается способной к максимальной мобилизации населения ради реализации поставленных верховной властью задач 6).

Большую часть населения Египта в период Древнего царства составляли земледельцы, сидевшие на государственных землях и имевшие статус «слуг царя» (этим статусом также обладали и ремесленники различных специальностей, упоминания о которых встречаются в документах того времени). По меньшей мере в основных хозяйствах, расположенных в узкой долине Нила, урожай поступал в государственные амбары, откуда уже в свою очередь распределялся среди земледельцев. В других случаях, земледельцы, обрабатывавшие государственные земли, имели собственные наделы, с которых, по всей видимости, также должны были уплачивать налоги. Помимо перераспределения урожая через государственные хранилища, встречаются также упоминания о выдаче работникам орудий труда, о пользовании казенным скотом, посевным государственным зерном и т.п.

Государственная служба вознаграждалась предоставлением в пользование тех или иных государственных хозяйств, доходы с которых в этих случаях переходили в пользование должностных лиц. Следует отметить, что в период расцвета Древнего царства (III – IV династии), пользование государственными хозяйствами носило четко выраженный характер пожалования за службу и только в пределах отправления соответствующей должности. Большинство чиновничьего аппарата обеспечивалось через систему государственной редистрибуции.

Однако нужды культа в большинстве случаев уже и в раннюю эпоху удовлетворялись за счет пожалования тем или иным храмам своего рода «вакуфов». Пожалование делалось для оплаты совершения посмертных обрядов по тому или иному лицу, однако в дальнейшем зачастую к указанному лицу присоединялись иные, на которых распространялись указанные обряды. Зачастую именно с этим было связано захоронение видных сановников и царедворцев рядом с фараоном – на их долю выпадала часть благ, предназначенных на заупокойный культ владыки. Поскольку теоретически подобные обряды должны были быть вечными, то возможность включения новых лиц в число «получателей загробных даров» позволяла несколько ослабить нужду во все новых пожалованиях земли на заупокойные цели.
К концу Древнего царства, в период V и в особенности VI династий складывается древнеегипетская аристократия, получающая самостоятельное значение в первую очередь через внедрение практики наследственности должности и тем самым фактической наследственности земельных держаний. Формально оставаясь формой государственного вознаграждения, фактически они приобретают целый ряд черт частных владений.

 

Среднее царство. Победителем из борьбы номов, составляющей I Переходный период, выходит южная, фиванская династия, по-видимому, сумевшая добиться объединения Египта в правление Ментухотепа IV (XI династия), принявшего полную и правильную царскую титулатуру, а уже при его преемнике, Ментухотепе V (XXI в.), начинает активную внешнюю политику, что доказывает достижение контроля над собственно Египтом. Наивысшего расцвета Среднее царство достигает в длительный период правления XII династии (Аменемхет I и его преемники).

Фараоны XI и XII династий, объединив Египет, в то же время не ликвидировали местных владетельных родов и их владений, длительное время ограничиваясь только контролем над ними. Номархи были своего рода подобиями фараонов – наследственными правителями отдельных областей, верховными жрецами, иногда даже указывали на себя как на сыновей бога-покровителя своего города, а до XII династии в некоторых случаях датировали акты по годам своего правления. В отличие от номархов Древнего царства, они в своих надписях гордятся не только не тем, что их любит фараон, но и тем, что они любимы «своим городом», «городскими богами», указывают на заботу о «своих» территориях. Номархи носят титул «великого главы такого-то нома»; существует и более общее титулование – «хатио» (князь), «хека» (правитель). Имущество, принадлежащее номарху, как можно судить, делится на две части – «дом отца» и «дом князя». Первое является личным, второе – династическое, в пользовании которым номарх стеснен. Также номарх в качестве верховного жреца пользовался значительной долей храмовых доходов. Помимо высшей аристократии – номархов, высшего чиновничества и их близких – имеется также категория «знатных», «именитых» людей.

Вмешательство фараона в дела номархов зачастую носило характер скорее третейского судьи, чем повелителя. Фараон утверждал номарха в правах правителя, разрешал территориальные споры между соседними номами, в спорных случаях решал вопросы преемства и наследственные отношения в семье номарха. Между номархами заключались своего рода «династические» браки. Фараон в некоторых случаях отдельным номархам передавал в управление иные номы, а, например, в начале XII династии Нахт II, номарх города Менат-Хуфу, был назначен правителем Среднего Египта, его отец был «начальником востока», а гермопольские номархи – «начальниками запада». В некоторых случаях номархи получали должности и в центральном правлении – так, иногда они становились визирями, в других случаях (см. ранее отмеченные и им подобные) номархи назначались во главе отдельных масштабных государственных экспедиций. Внешним выражением значительной автономии от правителя было сооружение номархами значительных погребальных сооружений. В Древнем царстве номархи либо удостаивались погребения при фараонах, либо им фараон жаловал погребальные памятники или материал для усыпальниц – теперь некрополи возводятся номархами зачастую самостоятельно и из собственных материалов.

Правда, далеко не все номархи были наследниками старых династий эпохи смутного времени. Освободившиеся номы или те, правители которых погибли в междоусобье, отходили в управление номархам, назначавшимся самим фараоном, в этом случае стремившимся замещать освободившиеся должности выходцами из среднего чиновничьего слоя 7).

К концу правления XII династии ей удалось справиться с номархами и превратить их в государственных чиновников, что видно, в частности, из того, что после Сенусерта III мы более не видим гробниц номархов. Этому, вероятно, способствовала организация постоянных гвардейских частей, служивших опорой в походах, вокруг которых организовывались части местных ополчений, но одновременно могущих быть использваны для упрочнения власти правителя.

Формально высшим должностным лицом в Среднем царстве продолжает оставаться визир, однако фактически все большее значение приобретает казначей, поскольку во время смут государство утратило царские земли и поступления от государственных налогов теперь становятся основным источником средств. От Среднего царства сохранилось несколько поучений визиру, носящих типовой характер и позволяющих составить представление об обязанностях визира и о статусе данного лица, сделавшегося преимущественно градоначальником столицы. От лица фараона говорится:

«Имей надзор над присутственным местом визиря, будь бдителен ко всему, что там происходит; от этого зависит порядок во всей стране. Должность визиря не из приятных. Она – горька с самого начала. Она – медь, окружающая золото для дома своего господина. Она требует не обращать внимания ни на князей, ни на сановников, не позволяет делать рабов из каких-либо людей, старается для него, а не для другого.
Когда явится проситель из Верхнего или Нижнего Египта, вообще из всей земли, позаботься, чтобы во всем было потуплено согласно закону. Чтобы все было сделано, как следует, и [всякому] была оказана справедливость. Ведь князь у всех на виду – вода и ветер разглашают все, что он делает. Ведь никогда не остается неизвестным, что он сделал. Разбирая дело [просителя], он не должен полагаться на слова подчиненного, а должен знать на основании собственного суждения и сказать в присутствии подчиненного: “Мне незачем здесь иметь голос – я отошлю просителя с его делом к другому сановнику или князю”. Для князя наиболее безопасно действовать по предписанию, делая то, что сказано. Проситель после разрешения дела не должен говорить: “Мне не оказано справедливости”»
(пер. Б.А. Тураева) 8).

Гиксосы. После Сенусерта III начинается период смут – на престол восходят недолговременные правители, некоторые из них продолжат носить имена XII династии, некоторые, вероятно, успевают объединить под своей властью Египет. Вскоре страна окончательно погружается в хаос – в одном случае упоминается фараон Нехси («негр»), правивший всего три дня, иные фараоны не успевают принять тронного имени. Это период смут заканчивается вторжением гиксосов (XV династия) – племенного союза, образовавшегося в Передней Азии в XVII в. до н.э. и ведшего пастушеское хозяйство. С нашествием гиксосов заканчивается период Среднего царства.

Гиксосам не удалось прочно объединить под своей властью весь Египет – на местах остались или образовались местные династии, находившиеся в вассальных отношениях к гиксосскому фараону, что проявлялось в почитании бога гиксосов Сета танисского и аварийского. Помимо местных династий возникали и автономные владения гиксоских князей, либо вассальных фараону, либо открыто противостоявших ему. Первоначально гиксосы выступили в качестве завоевателей, откровенно враждебных местным традициям – об этом свидетельствует установление нового государственного божества – Сета, бога, противостоящего традиционно почитаемым в Египте Осирису, Гору и Тоту. С течением времени гиксосы, естественным образом, подчинились местной гораздо более высокой культуре, что проявилось в восприятии ими обычая тронных имен фараонов и возобновлением почитания Ра – известно, что гиксоский фараон Хиан принял тронное имя Свесер-ни-Ра. Гикососам принадлежит не только разрушительная роль в египетской истории. Создав обширное государство, куда входили, помимо Египта, также территории Палестины и Сирии 9), они резко расширили политический и культурный горизонт египтян и заложили основания для экспансионистской имперской политики XVIII династии.

 

Новое Царство. В конце правления гиксосов силу стала набирать местная фиванская династия, представителям которой удалось разбить гиксосов, изгнать их из страны и стать основателями блистательной XVIII династии. Следует отметить, что если между Древним и Средним царствами наличествует качественный сдвиг, то между Средним и Новым наблюдается непосредственная преемственность. Древнее царство (особенно в период III – V династий), организованное как классическая древневосточная деспотия, представляет собой теократическое государство с властью царя, являющегося собственником всего государства и обладателем крупных царских земель, непосредственные доходы с которых и государственные повинности, наложенные на другие земли, обеспечивают государственные нужды. Напротив, и Среднее, и Новое царства представляют собой уже собственно государства, осуществляющие именно государственную власть на соответствующих территориях. Основным источником доходов теперь являются государственные подати и повинности – иными словами, происходит (на практическом уровне) разделение владельческой и политической власти. Свидетельством последнего могут служить и «вассальные» владения, существование которых отмечено нами в кратком обзоре Среднего царства. Существование иерархии властей при признании, с одной стороны, государственного единства, а, с другой стороны, автономии составляющих его частей, свидетельствует о процессах становления политической системы в собственном смысле слова – когда власть оказывается нетождественной с непосредственным обладанием, а означает определенную (в той или иной степени юридически фиксированную) меру контроля.

При Тутмосе III, одновременно со значительным расширением государства (распространившегося на Палестину и Сирию, дойдя до Тигра), происходит упорядочивание государственного аппарата, точной работе которого, согласно преданию, фараон уделял много внимания, каждый год отправляясь в путешествие по Нилу для контроля своих чиновников. Высшим государственным лицом по прежнему является визир, однако эта должность теперь разделяется между двумя лицами – один заведовал южными провинциями и имел резиденцию в Фивах, другой, располагавшийся обыкновенной в Гелиополе, ведал землями к северу от Сиута. С ритуалом и функциями визира нас знакомит текст, сохранившийся в гробнице Рехмира, визира времен Тутмоса III:

«Визир, слушая в своей зале, при всяком акте, должен сидеть на седалище. На полу должен быть ковер, за спиной его подушка, подушка – под ногами, в руках палка, сорок кожаных свитков [вероятно, свод законов – Б.А. Тураев] – развернуты перед ним. Вельможи юга стоят перед ним, по обе стороны, начальник кабинета справа, докладчик – слева, секретари рядом… все на своих местах. Каждый должен быть выслушан по очереди… Когда кто-нибудь скажет: “Нет никого предо мной”, он должен быть представлен курьером визирю. Визирю должно быть доложено и о закрытии присутственного места в такой-то час, и об открытии его. Ему докладывается и о крепостях юга и севера. Ему докладывается и обо всем, выходящем из царского дома, и обо всем, входящем туда, ибо все это входит и выходит через его курьера. Ему докладывают о своей деятельности столоначальники. Затем он идти на совет к царю… Он должен войти к фараону раньше главного казначея, который должен ожидать у северного фасада. Затем главный казначей встречает его и докладывает: “Все твои дела в порядке и благополучны; мне доложили ответственные лица, что дом царя в порядке и благополучии; все во дворце благополучно; ответственные лица доложили мне о закрытии и открытии присутственных мест в назначенное время”. Когда оба сановника доложат друг другу, визир посылает открыть двери царского дома, чтобы все могли входить и выходить с ведома его курьера, который должен распоряжаться, чтобы все это было записано… Когда к нему обращается проситель по поводу земельных отношений, он должен послать к нему курьера, сверх слушания дела у поземельного инспектора уездного совета. Он должен постановить решение в два месяца для земли севера или юга, но для земли вблизи столицы и двора – в четыре дня, согласно закону, он должен выслушивать каждого просителя согласно закону, который у него в руках. Он призывает местных чиновников и рассылает их; они докладывают ему относительно своих участков. К нему поступает каждое завещание, и он прикладывает к нему свою печать. Он заведует во всех областях участками земли. Когда какой-либо проситель скажет: “Наша граница не установлена”, - необходимо расследовать, что находиться под печатью чиновника, и взять то, что взял местный совет, нарушивший границу. Всякая просьба должна быть изложена письменно; не дозволяется просить устно. Всякое прошение на имя царя должно быть подано визирю. Визирь отправляет каждого курьера из дома царя к комендантам и сельским старшинам. Они должны докладывать ему обо всем, что случилось, в первый день каждого четырехмесячного периода; они должны представлять ему, вместе со своим поместным советом, письменный доклад. Он набирает войска и заведует царской охраной во время путешествий. Он составляет гарнизон южной столицы и двора, согласно распоряжениям царского дома. Заведующий царским столом и военный совет являются к нему, чтобы получить инструкции об управлении войском. Все чиновники, с первого до последнего, являются в залу визиря, чтобы спросить его совета. Он посылает рубить деревья, согласно распоряжению царского дома. Он посылает чиновников заботиться о водоснабжении во всей стране. Ему докладывается обо всем, о состоянии южной крепости и о всяком аресте. Он выслушивает дела, касающиеся всех номов. Он рассылает военных и гражданских чиновников для царской администрации. Документы номов хранятся в его зале. Он выслушивает относительно всех земель. Он устанавливает границы каждого нома, полей, храмовые доходы и контракты. Он принимает документы о залогах и выслушивает жалобы. От него исходят все назначения для залы суда… Он составляет списки всех быков… Он наблюдает за каналами в первый день каждой декады. Коменданты, старшины и все люди доставляют ему свои подати. Уездные начальники и столоначальники докладывают ему все тяжбы. Они должны докладывать каждый месяц, чтобы контролировать подать. Он заведует наблюдением выхода Сириуса и поднятия Нила. Ему докладывают о высоте Нила. Ему представляют отчет все служащие на флоте, с высших до низших. Он скрепляет все указы. Всякий доклад представляется ему привратником судебной залы» (пер. Б.А. Тураева) 10).

 

Реформа Эхнатона (Аменхетепа IV). В первой половине XIV в. один из последних фараонов XVIII династии – Аменхотеп IV – предпринял радикальную религиозную реформу, долженствовавшую изменить весь комплекс традиционных религиозных представлений. История религиозной реформы Аменхотепа IV достаточно запутана, однако понятно, что на первом этапе она носила достаточно компромиссный характер. На смену традиционному верховному божеству фиванской династии – Амону(-Ра) – был выдвинут сравнительно малоизвестный гелиопольский солнечный бог Атон. Как полагают, важным основанием для такой модификации пантеона было отсутствие за Атоном влиятельного жреческого сословия и тем самым возможность для фараона получить сравнительную свободу действий. Наиболее ранние дошедшие до нас реформаторские тексты говорят о признании существующего пантеона, лица которого становятся в подчиненное положение к новому верховному божеству. Однако далее реформа начала развиваться по радикальному сценарию – Аменхотеп IV пошел на полный разрыв со жрецами Амона, принял новое имя «Эхнатон» («угодный Атону») и, покинув Фивы, основал новую столицу империи, расположенную ровно в ее центре – город Ахетатон (Телль-Амарна), дав клятву никогда не покидать его пределы. Новый бог, в отличие от всех предшествующих богов египетского пантеона, мыслился богом универсальным и (по меньшей мере, согласно ряду текстов) единственным, исключающим всех иных божеств. Атон, бог Солнца, начисто был избавлен от местечковых черт и антропоморфизма, изображаясь в виде солнечного диска с исходящими от него лучами, заканчивающимися ладонями, обращенными к миру. Реформа вызвала резкое сопротивление не только со стороны жречества, но и традиционной знати (тесно связанной с первым), так что Эхнатон, черпая приверженцев нового культа и в поисках приверженцев своей политики, обратился к самым различным слоям общества, создавая своего рода «новую знать». После смерти Эхнатона (прожившего недолгую жизнь и, вступив на трон молодым, царствовавшего всего 17 лет), реформа быстро сошла на нет – сначала двинувшись путем компромиссов с оппозицией, а в правление второго преемника Эхнатона – юного Тутанхатона, будучи окончательна сведена на нет, а сам фараон принял новое имя – Тутанхамон.

В реформах Эхнатона, в особенности в отечественной литературе, принято в первую очередь видеть политический мотив - стремление к ослаблению жречества, попытку создать государственный аппарат, всецело подчиняющийся фараону, снять с него массу ограничений, характерных для традиционного общества. Подчеркивается активное замещение государственных должностей «безродными», в которых фараон находил опору своей власти и которыми мог всецело располагать для реализации собственных устремлений. Однако, думается, что подобная интерпретация, являясь исключительной, делается неверной. На основании сохранившихся текстов, посвященных Атону, опираясь на иконографию Эхнатона и его ближайших преемников, вряд ли возможно отрицать большое религиозное воодушевление, пророческое мироощущение, присущее фараону-реформатору. Цели, преследуемые Эхнатоном, уже хотя бы в силу его положения, имели, разумеется, и политическое измерение – но именно с этой точки зрения реформа была предприятием и крайне опасным, и в конечном счете – разрушительной для Египта. Исходя из целей ослабления жреческого корпуса вряд ли возможно прийти (именно с точки зрения политической целесообразности) к решению о полном разрыве со старыми культами и о создании принципиально новой религиозной системы. Вообще, в рассуждениях, сводящих реформы Эхнатона к политическим и экономическим мотивам, есть, если позволительно так выразиться, изначальный порок – предположение, что религия может быть «изобретена», что религиозное воодушевление, религиозное творчество могут быть созданы ради целей, посторонних собственно религиозным.

Реформа Эхнатона явственно содержит в себе имперскую составляющую – новый бог не был связан с той или иной территорией, не имел племенной привязанности (подобно Ра или Амону). Атон был божеством, равно царствующим над всей Вселенной; дары этого бога доступны каждому, как солнечный свет. То, что реформа не может быть сведена к политическим мотивам, явственно свидетельствует формирование нового художественного стиля (т.н. «тель-амарнского»), исчезнувшего вместе с реформой. Новая вера давала новые формы и способы художественного видения мира, отклонявшиеся от застывшего традиционного канона, склонные подчастую к гипертрофии 11), иногда даже (по современным определениям) «карикатуре», но при этом способные к передаче интимности человеческого бытия, открытию новых, личных мотивов. Лиризм и персоналистичность, свойственная религиозным гимнам поклонников Атона, отозвалась затем в поэзии Псалмов, войдя тем самым в актуальное культурное наследие западной культуры.

 

Рамсес II (статуя из храма Амона в Карнаке).

Упадок Нового царства. В период правления XX династии значение жречества приобретает качественно новую характеристику. Усилив свое значение после победы над задуманной Эхнатоном реформой, жречество в правление слабых фараонов XX династии выходит на первый план, чему способствуют сосредоточенные в его руках огромные богатства. Как известно из найденного в гробнице Рамсеса III папируса с описанием его построек и даров в пользу богов, в руках жрецов сосредоточилось в это время до 15% всех обрабатываемых земель Египта 12). Однако материальное богатство было важным, но не основным условием укрепления жречества – гораздо более значимым по последствиям было объединение жречества под властью верховного жреца Амона. Значение этой должности очень велико уже при фараонах XIX династии – Рамсес II в начале царствования сам принимает эту должность, а в дальнейшем добивается того, чтобы поставить на нее избранного им человека – Небунеса, жреца Онуриса (Инхара) из Тинита 13). В дальнейшем – в правление сына Рамсеса II, Мернептаха, жрецы Амона добиваются признания фактически сложившегося порядка вещей, а именно права кооптации на должность верховного жреца из родных его предшественника, равно как и утверждения сыновей верховного жреца в их санах. Жрец Рои, третий из известной нам «династии» жрецов Амона, увековечил достигнутый им успех в надписи в Карнакском храме:

«Мой сын на моем месте, мой сан в его руках при наследственном преемстве вовеки» (пер. Б.А. Тураева) 14).

При Рамсесе III и его слабых преемниках (т.н. Рамсесидах) должность верховного жреца Амона занимают Рамсеснахт и его сын Аменхотеп, добивающиеся влияния, сопоставимого, если не превосходящего, власть фараона. Данный процесс находит свое явное выражение в иконографии Карнакского храма, где Аменхотеп изображен одинакового роста с Рамсесом IX, отделенным от него только столом с дарами царя жрецу 15). По мере ослабления власти фараона жрецы Амона, располагавшиеся в Фивах – священном городе, переставшем быть государственной столицей, но оставшейся центром религиозной жизни Египта – приобретают власть над остальным египетским жречеством и превращаются в своего рода «пап», по выражению Б.А. Тураева 16). При слабом Рамсесе XI (XII) фактическая власть уже всецело находится в руках жреца Херихора, который после смерти фараона и занял его место. Фактически, однако, он мог управлять только Верхним Египтом, поскольку на севере уже значительно ранее укрепилась практически самостоятельная династия. После недолгого правления Херихора власть перешла к Несубанебдеду (XXI династия), правителю Нижнего Египта, преемник которого, Псебханен I, однако, не счел для себя возможным ссориться с потомками Херихора, наследовавшими жреческий престол в Фивах и предпочел через брак своей дочери с внуком Херихора Пайноджем объединить правящие фамилии.

Период XXI династии представляет собой любопытный феномен – установление своего рода совершенного теократического режима. Если ранее Ра-Амон являлся своего рода идеальным правителем, тогда как главой Египта был его сын и также бог – фараон, то теперь Амон становится своего рода действующим правителем Египта. От его имени издаются законы, принимаются решения:

Так, при верховном жреце Мензеперре, третьем сыне Пайноджема от имени Амона издается оракул об отмене изгнания каких-то лиц в Великий Оазис (Файюм) 17), а также о том, чтобы вообще отменить ссылку на будущее время. Вместе с тем Амон дает свой оракул на казнь лиц, которые будут «умерщвлять живущих», т.е. дает свою санкцию на применение смертной казни в отношении убийц 18).

Подобная практика изредка встречалась и ранее – в частности, непосредственным «божественным решением» на престол взошел Тутмос III – но тогда подобное «высшее» вмешательство встречалось крайне редко, как правило в кризисных ситуациях, при необходимости найти санкцию для необходимого решения. Теперь же исключение обращается в обычную практику – жреческое сословие становится ведущим в Египте, храмы концентрируют в своих руках политическую власть. Однако по существу это является симптомом глубокого упадка Египта 19) – территория государства существенно сокращается, оно утрачивает последние остатки своих азиатских владений, отступает из Судана и хотя и оказывается способной противостоять открытым набегам из Ливийской пустыни, принуждено в конечном счете проводить в отношении ливийцев политику компромиссов, привлекая часть из них на земли Нижнего Египта (Дельты), предоставляя им земли, создавая небольшие автономные районы под властью ливийских князей, призванных противостоять их соплеменникам, враждебным Египту.

Позднее царство. Именно из числа этих ливийских князей выходит XXII династия, которая, опираясь на мемфиское жречество, недовольное засильем фиванских жрецов, приходит к власти в лице Шешонка I (середина X в.). По месту своей резиденции – Бубасту, расположенному в Дельте – ливийская династия получила обыкновенное название бубастидской. При Шешонке I, энергичном правителе, укрепляется как внешнее положение Египта (фараон предпринял поход против Израиля и, вероятно, против Нубии), так и внутренний порядок в государстве, но этот подъем был непродолжителен и в скором времени вновь сменяется смутами, сначала в правящей фамилии, а затем и с появлением местных претендентов. К концу IX в. Египет вновь распадается на целый ряд независимых или полузависимых областей («додекархия»), когда уже соседи перестаю говорить о фараонах в Египте, но упоминают только о «князьях». Дальнейшая история Египта представляет собой прогрессирующий упадок. В середине VIII в. Египет объединяется под властью «эфиопских» («кушитских») царей, осуществлявших во многом эферемное господство над Египтом при одновременной значительной власти правителей отдельных номов, сохранивших свое автономное положение. В начале VII в. Египет подпадает под власть Ассирии, разгромившей эфиопских царей и признавшей, под своим верховенством, уже существовавшие местные структуры управления.

Однако в середине VII века Египет неожиданно переживает полосу возрождения, которая, на взгляд некоторых исследователей, может быть охарактеризована как неосуществившийся четвертый расцвет. Этот период, по названию резиденции XXVI династии, получил название саисского. Развитие Древнего Египта в период с середины VII по середину VI века характеризуется сочетанием противоречивых тенденций. С одной стороны, это небывалая открытость внешнему миру. Саисские фараоны привлекают на свою сторону массы иностранных наемников, в частности из Греции и Финикии, в Навкратисе основывается греческая колония во главе с Милетом, торговля со средиземноморским миром простирается вплоть до первых порогов. Важно и то, что Египет выходит из международной изоляции, обращаясь во влиятельного и деятельного участника средиземноморской политики. В первую очередь нам, разумеется, известны отношения Саисского Египта с греками, имеющие богатую гамму – от союзнических вплоть до откровенного конфликта в связи с притязаниями фараонов на Кирену, послы египтян присутствуют в Дельфах. По существу именно к этому периоду относятся самые древние греческие известия о Египте и из саисской традиции воспроизводятся сведения о предшествующих эпизодах египетской истории.

С другой стороны, саисский период характеризуется консервацией египетской жизни, приобретающей все более застывшие и кастовые формы. Внешняя открытость не соответствует внутренней готовности воспринимать новые формы – в способности к внутренней трансформации и творческим заимствованиям куда более открытой представляется, напротив, эпоха Нового царства. Волны внешних вторжений и оккупаций в VIII – VII вв. и непрестанная угроза внешнего вторжения от великих держав Азии вырабатывает в Саисском Египте глубокий консерватизм, стремление кодифицировать и сохранить классическое наследие. Так, в частности, на стенах гробниц все большее место занимают собственно классические изображения, воспроизводящие Книгу мертвых и более популярные тексты, зачастую без пояснительных надписей. Стремление к сохранению формы сочетается с прогрессирующим забвением иероглифической письменности, становящейся достоянием высшего жречества (показательно, что гиды Геродота, принадлежащие к низшим храмовым должностям, имели достаточно слабое представление о храмовых текстах и изображениях).

В целом, от Саисского Египта прямая дорога ведет к Египту Птолемеев, когда блистательное развитие государства и его внешняя активность базируются на консерватизме и в значительной степени на неподвижности большей части египетского общества, когда динамизм обеспечивается привлечением не-египетских сил.

Окончанием независимой истории Египта стало его завоевание Персами в правление Камбиза. Несмотря на то, что и при персах Египет несколько раз восстанавливал свою независимость, прочное и органичное государство в его пределах возникнуть уже не могло. В последний раз египетское восстание было подавлено при Артаксерксе III Охе, а спустя всего несколько лет Египет вошел в состав всемирной монархии Александра Македонского. Дальнейшая история Египта принадлежит, соответственно, уже истории эллинистических монархий.

Примечания:

1) «Фараон» – грекизированное египетское косвенное обозначение правителя, буквально означающее «большой дом» (пер-о).

2) В период V династии оконачально складывается т.н. «пятикратное именование» фараона, т.е. пять присваиваемых ему тронных имен, каждое из которых указывает на отдельный аспект его власти, три из которых отмечали и усиливали его божественный статус, а два других сохраняли в себе указание на власть фараона как объединителя Верхнего и Нижнего Египта [Шоу Я. Древний Египет: Краткое введение / Я. Шоу. – М.: АСТ, Астрель, 2006. С. 98 – 101; Брестед Д. История Древнего Егпита / Д. Брестед, Б.А. Тураев. – Мн.: Харвест; М.: АСТ, 2006. С. 122 – 123].

3) Васильев Л.С. История Востока… Т. I. С. 101.

4) Цит. по: Тураев Б.А. Указ. соч. С. 216.

5) Васильев Л.С. История Востока… Т. I. С. 102.

6) Наиболее ярким и сохраняющимся по сей день свидетельством этих мобилизационных усилий служат великие пирамиды в Гизе, воздвигнутые усилиями крестьян, отрабатывавших свои трудовые повинности.

7) См.: Тураев Б.А. Указ. соч. С. 227 – 228.

8) Цит. по: Тураев Б.А. Указ. соч. С. 232 – 233.

9) Столица гиксосов была основана в Аварисе – на границе между Азией и Египтом. Известны контакты гиксосов в период правления Хиана с Междуречьем и Критом.

10) Цит. по: Тураев Б.А. Указ. соч. С. 281 – 283.

11) Так, сохранились широко известные изображения Эхнатона с широкими бедрами и припухлой грудью. Некоторые исследователи, особенно в 1-й пол. XX в., пытались на этом основании поставить фараону тот или иной диагноз (на их взгляд, эти изображения свидетельствовали о гормональных нарушениях). Однако ныне более распространенной является та точка зрения, что специфические особенности данных изображений фараона вытекают из художественных и религиозных прицинпов, руководивших художниками, чем из особенностей самой модели. Примечательно, что на ранних изображениях фараона – когда он еще носил имя Аменхотепа IV – этих телесных особенностей нет, равно как они ослабляются на поздних изображениях правителя, когда художественный стиль тель-амарнской эпохи успел приобрести известную зрелость. Скорее, речь надо вести о сознательно подчеркивании гермафродитийской природы божества, отзывающейся в фараоне (сохраняющем и в период реформы свой божественный статус). Двойственность божества и фараона здесь получают значение универсальности, мирового единства.

12) Тураев Б.А. Указ. соч. С. 344.

13) Монте П. Указ. соч. С. 201.

14) Цит. по: Тураев Б.А. Указ. соч. С. 346.

15) Монте П. Указ. соч. С. 209.

16) Б.А. Тураев выразительно пишет: «То обстоятельство, что Фивы перестали фактически быть резиденцией, не переставая быть столицей, делало их Римом без императора, но с папой, а смуты и частая смена царей еще более содействовали авторитету жрецов» [Тураев Б.А. Указ. соч. С. 345].

17) Ранее эти лица были изгнаны на основании аналогичного оракула Амона, для чего у бога и испрашивается позволение на возвращение этих лиц.

18) См.: Тураев Б.А. Указ. соч. С. 388.

19) У центральной власти не хватает сил даже на то, чтобы предотвратить массовое разграбление гробниц фараонов XVIII – XIX династий и после целого ряда безуспешных попыток противодействовать грабителям, принимается решение тайном о переносе мумий в Дейр-эль-Бахри, где они и были обнаружены в конце XIX в. («долина царей»).

Текст для публикации предоставлен автором.

Вернуться к оглавлению


Далее читайте:

Египет (справочная статья).

Древний Египет (карта)

Древний Египет во II тыс. до н.э.  (карта)

Династии древнего Египта

Китай (хронологическая таблица по историческим периодам).

Тесля Андрей. Моизм.

Гобино, Жозеф Артур де - Опыт о неравенстве человеческих рас, Москва, "Одиссей" - "Олма-пресс", 2001 г. КНИГА ВТОРАЯ. Древние цивилизации от Центральной Азии до юго-западной окраины материка. Глава  IV. Ассирийцы; евреи; хореяне. Глава V. Египтяне; эфиопы. КНИГА ТРЕТЬЯ Цивилизация, распространившаяся от Центральной Азии на юг и юго-восток. Глава I. Арийцы; брахманы и их общественная система. Глава V. Китайцы. и другие главы.

 

 

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании всегда ставьте ссылку